Уже привыкшие к гласности, советские граждане не особенно и удивились, когда в конце 1990 года в газетах промелькнуло сообщение о том, что удалось арестовать еще одного маньяка - жителя Новочеркасска Андрея Романовича Чикатило, 1936 года рождения, десять лет терроризировавшего жителей Ростовской и соседних областей. За это время по сексуальным мотивам он с особой жестокостью совершил 53 убийства женщин и детей. Большинству жертв маньяк отрезал груди, ягодицы и другие части тела.
Как и в случаях с другими известными маньяками вроде Михасевича, Чикатило долгие годы был вполне благополучным обывателем. Армейскую службу проходил связистом в советских войсках в Берлине. Окончил филологический факультет Ростовского государственного университета, женился, вступил в КПСС, исправно платил партвзносы, участвуя в построении новой общности людей - советского народа, растил двоих детей. В разное время Чикатило работал председателем районного комитета по физкультуре и спорту, учителем в школе, мастером производственного обучения, воспитателем в профессионально-технических училищах, сотрудником снабженческих организаций. В 1984 году бес попутал - совершил Чикатило хищение, но бдительные органы не дремали: привлекли его к уголовной ответственности за кражу. По этой же причине исключили Чикатило из рядов КПСС. Так что последние шесть лет он убивал людей, будучи беспартийным.
А начал Чикатило свою кровавую серию 22 декабря 1978 года. Его первой жертвой стала 9-летняя девочка из города Шахты Ростовской области. Преступник едва не попался, но ему удалось уйти от ответственности - милиция “пришила” это дело другому человеку.
На два с половиной года Чикатило затаился. Может, боялся, а может, не было “подходящего случая”. Но в сентябре 1981 года в лесопосадках на левом берегу Дона под Ростовом он убил 16-летнюю девушку, учащуюся ПТУ. Год спустя - следующая жертва - 12-летняя девочка. Ее тело с ножевыми ранами нашли в Октябрьском сельском районе. Спустя два месяца обнаружили еще три полуразложившихся трупа в районе города Шахты. п пошло-поехало! Август 1982 года - труп 9-летнего мальчика в Ростове-на-Дону. Январь 1984 года - труп 14-летнего мальчика в лесу Октябрьского района и 19-летней девушки в парке “Авиаторов” (Ростов-на-Дону). Февраль 1984 года - труп 45-летней женщины… За лето 1984 года - еще 9 аналогичных убийств. А всего в том году 15 жизней оборвал ростовский маньяк.
Все убийства Чикатило совершал на почве сексуальной неполноценности. Он был хорошим психологом - умел разговорить будущую жертву, нащупать ее “болевые точки”, чем-то заинтересовать. Мальчику обещал подарить редкие марки, маленькую девочку угощал жевательной резинкой (в то время очень редкой в Советском Союзе), девушке в жаркий день предлагал искупаться в пруду, женщине в возрасте жаловался на горькую судьбу “никому не нужного скитальца”. Дети и взрослые покорно шли за ним, как за крысоловом из Гаммельна.
Для поимки преступника была создана особая группа, разработана операция под кодовым названием “Лесополоса”. Специальные наряды сотрудников в штатском вели наблюдение там, где надеялись обнаружить преступника. Девушки-милиционеры, выполняя роль “приманки” под видом женщин легкого поведения, слонялись по вокзалам, паркам и тому подобным местам.
Дело осложнялось тем, что никаких свидетельских показаний у милиции не было. Буквально ни один человек, из находившихся близ места преступления, не заметил ничего подозрительного. Впору было назвать убийцу призраком, но все же одна зацепка у милиции имелась - на теле 9-летнего мальчика, погибшего летом 1982 года, обнаружили сперму четвертой группы. А это по классическим законам судмедэкспертизы означало, что кровь у преступника той же четвертой группы. “Классические законы” сыграли, однако, со следствием дурную шутку. В 1984 году одна из оперативных групп задержала Андрея Чикатило на вокзале, обратив внимание на его подозрительное поведение. У него взяли пробу крови, но, поскольку группа оказалась второй, преступника преспокойно отпустили. Впоследствии выяснилось, что физиология Чикатило была аномальной - у него не совпадали группа спермы и группа крови. Святая вера тех, кто вел следствие, в криминалистические догмы дала садисту еще шесть лет возможность насиловать и убивать людей.
Каждый год находили несколько трупов с характерным почерком преступления. Члены оперативной группы ездили советоваться к такому же маньяку-убийце Анатолию Сливко, ожидавшему смертной казни в Ставропольской тюрьме. Смертник оказался разговорчивым. “Во-первых, - убеждал он, - здесь нужно искать не одного, а нескольких убийц: один на такое не способен. Во-вторых, ищите того, у кого есть какой-то возбуждающий образ”. (Для Сливко таким “образом” служили мальчики в белых рубашках.) Но и советы маньяка следствию не помогли. А помогла случайность.
1990 год снова был для Андрея Чикатило “урожайным” - шесть убийств. Последнее преступление он совершил 6 октября недалеко от станции “Лесхоз”. 13 октября обнаружили труп убитой женщины. При опросе возможных свидетелей выяснилось, что сержант милиции пгорь Рыбаков 7 октября обратил внимание на мужчину с портфелем, бредущего к станции, и проверил у него документы. Документы были в порядке, но, по счастью, сержант запомнил необычную фамилию - на букву Ч. Отыскали Чикатило быстро, но сразу брать не стали - а вдруг ошибка? Лишь присмотревшись к его поведению и поняв, что этот пожилой мужчина активно интересуется мальчиками, его арестовали. Довольно скоро преступник сознался в 35 убийствах (хотя их было намного больше). Свои показания он начал с того, что назвал место, где закопал одну из жертв.
Близкие Андрея Чикатило (жена и двое взрослых детей), узнав о его аресте, долго не могли поверить, что их сутулый, невзрачный глава семейства оказался жестоким убийцей. “Ведь он был таким мягким, добрым и отзывчивым!” Никогда не матерился и не любил, когда при нем матерились другие. Однако бывшие сослуживцы преступника свидетельствовали о его тяжелом, неуживчивом характере, необщительности. Единственное, в чем он проявлял на службе активность, - так это в сочинении жалоб высокому начальству, где заявлял, что на службе его не ценят и не дают развернуться.
Во время суда Чикатило то молчал, то имитировал сумасшествие. Одно время он принялся писать мемуары, но затем бросил.
Суд приговорил Чикатило к расстрелу. Сидя в камере смертников, убийца вновь обратился к эпистолярному жанру и сочинил нечто вроде “последнего слова” перед казнью. Трудно однозначно сказать, кто писал это - симулянт или действительно сумасшедший человек. Приведем письмо Чикатило без сокращений.
“Меня обвиняют, что я сорвал суд, что я затянул процесс. Это с больной головы на здоровую. Находясь в клетке-карцере, я мог сорвать и затянуть при одном-единственном условии - остановить свое сердце, больное аритмией, - если бы я был йога. А других путей нет - судья не дал мне веревки и кормит меня насильно, несмотря на объявленные мной голодовки. Я просил постоянно помочь мне заглушить головные боли, у меня черепное давление в затылке и висках, вызвать мне психиатра из психбольницы, где я лечился, чтобы дал мне укол, успокаивающий навсегда. Свидетель майор Таршин рассказал, где я лечился в психбольнице. Свидетель майор Евсеев сказал о моих сексуально-психических заболеваниях. Вы устроили судилище-насмешку над больным человеком-инвалидом и злорадствуете.
Судья сделал все, чтобы сорвать суд и затянуть процесс. Не запросил мои документы и врачей из психбольницы, несмотря на требования адвоката. Не вызвал свидетелей - из 400 только 100 явились, а от защиты не разрешил ни одного свидетеля. Судья старательно опекал лжесвидетелей, предварительно загоняя меня в карцер, боялся разоблачения, чтобы я не сказал правду, и вообще не выводил меня из карцера в суд, несмотря на требования адвоката показать меня лжесвидетелям. Меня блокировали, оторвали от руководства моей партии, от партизанского штаба…
Меня дрессировали, как артиста-обезьяну, перед аудиовидеозаписями, перед опознанием по фото, диктовали мои якобы “собственноручные записи”. Понятые могут сделать великую сенсацию, рассказать, как мои карманы перед выездами заполняли схемами, описаниями, репетировали каждую запись. псторию трупа на Шахтинском кладбище могут раскрыть люди, которые ухаживают за соседними могилами. Есть много чудовищных, несовместимых по времени и фактам эпизодов. Поэтому судья быстрей затирает эти дела,боится разоблачения, стремиться быстрее убить маньяка-одиночку.
У меня не хватило мудрости. Надо было смириться с участью несчастного, униженного ягненка, импотента-инвалида. Таков мой рок, моя судьба - от порчи, от сглаза, от злых людей, от человеконенавистнической системы геноцида народов. Надо было еще усерднее молиться и изучать наследие Сергия Радонежского, Марины Цветаевой, а я был заражен - изучал 55 томов Ленина.
Маша Распутина поет: “Отпутите меня в Гималаи, а не то я завою, залаю и кого-нибудь съем”. Меня травили, морили голодом, холодом, облучали, пытали, казнили, унижали, издевались - в результате этого преследования я не выдержал и обосрался, и теперь меня же за это выставили на посмешише и поругание. Писатель Агата Кристи предлагает злодеев-маньяков ссылать на дикие, необитаемые острова. Я прошу сослать меня, как Наполеона, погубившего миллионы жизней, на остров - необитаемую вулканическую скалу Северо-Курильской гряды или к тиграм Уссурийской тайги. На диком острове я буду питаться мхом и божьей росой, как в детстве питался крапивой и другими бурьянами и выжил в голодуху, которую организовали большевики. А нашу пшеницу гнали по Мировому океану папуасам для торжества всемирного большевистского рабства.
п, может быть, со мной на остров поедет моя многострадальная подруга, жена Феничка, она возьмет юридическую ответственность за меня, чтоб я не бросился в океанские волны. Разлучила нас с Фенечкой злая стихия строек Коммунизма - вечные коммандировки, изгнала мафия ассирийская меня с работы, с жилья, замуровали мою чистую белую украинскую хату галюшниками, лишили меня солнца и воздуха, что дается нам от Бога, истоптали-порвали выращенные мной цветы жизни, и жизнь мою загубили - загнали меня в психушку и в тюрьму. п в результате - неуправляемые всемирные катаклизмы, и некому вывести заблудшю планету из тупика. Колесо истории - в моих руках, а историю никогда и никому не повернуть вспять”.
Смертный приговор в отношении Чикатило приведен в исполнение в феврале 1994 года, спустя год с небольшим после публикации в прессе этого письма.
Кстати говоря, в ходе розыска Чикатило “попутно” было раскрыто 95 убийств, совершенных не им. Однако ж ряд его преступлений следствие приписало другим людям, порой выбивая показания кулаками и дубинками. В результате один невинный человек, признавшийся в несовершенном им убийстве, был расстрелян, еще один (умственно неполноценный) скончался в тюрьме во время следствия, двое покончили с собой, еще двое умерли, не выдержав допросов, десятки людей провели в тюрьмах годы или в лучшем случае месяцы, и т.д. Так что число жертв по делу Чикатило не 53, а значительно больше. п фактическим сообщником убийцы многие годы была та организация, про которую громко по всем радио- и телеканалам пел оптимистичный тенор: “Моя милиция меня бережет”.
Добавить в закладки
Комментарии
RSS лента комментариев этой записи.